Galileo

Татьяна Шкрабак: Актриса, которая свалилась с Луны?

Для многих зрителей, приходящих в Ростовский театр драмы, заслуженная артистка России Татьяна Шкрабак не просто любимая актриса, а сценическая модель. Словно элитарный модельер, она не предлагает своим героиням одежды типа «надел и пошёл», но предлагает направление мысли. Как в творчестве «от кутюр», бессмысленно ожидать от Шкрабак готовых и универсальных образов «на тарелочке». Граница между игрой и серьёзностью, иллюзией и действительностью ею просто упраздняется. Лишь таким вот способом находится хоть какой-то смысл в произволе бытия. Надёрганные из жизни подробности – это не её искусство.
Тот или иной сценический аттракцион может вызвать у случайного зрителя недоумение: «Она что, с Луны свалилась?» Может быть, и с Луны, но всё равно на ту же самую Землю, где у каждой роли есть собственный пароль – её душа.
Так, в «Федре» Расина, поставленной К. Серебренниковым несколько лет назад, Татьяна Шкрабак сыграла одну из самых спорных своих ролей-открытий. Её Федра не была вольна в своих чувствах: любить или не любить, главное – обладать. Актриса снимала обожествление интеллекта. Разрушенное сознание героини работало только на желание смерти, которая была равносильна признанию в любви Ипполиту. Первое же появление Федры на сцене вызывало шок. Она ли? Куча хлама и тряпок, растрёпанный парик и погнутый кринолин, визгливый голос пополам со стоном выпадали в коробку мучительного мира! Метафора разрушения, а не царица Афин. Она разрушала, но и страдала больше других… Но это прошлое.
Не менее «лунным» оказался и другой модельный образ-открытие Татьяны Шкрабак – г-жа Чебоксарова в комедии Н.А. Островского «Бешеные деньги» в постановке Г. Тростянецкого. Может быть, Островский и написал пьесу о любви, рождённой через испытание деньгами. Но своенравная постановка помчалась «на тройке не туда», на каждом повороте вылетали из неё всё новые приметы времени нынешнего, а не минувшего. Если с самого начала спектакля чувства героини Лидочки Чебоксаровой ничего не стоят, то вполне логичен переход в ценообразование биржевой стоимости, которую устанавливает г-жа Чебоксарова, её мамаша. С помощью «московских» (хотелось сказать – нынешних ростовских) дельцов неразумная мать любовь дочери, как лису на охоте, обложила флажками-трюками лихой импровизации, каждый из которых ярок, дик, но реален и ведёт к её гибели. Душераздирающая клоунада Татьяны Шкрабак во всех сценах превращается в национальную русскую традицию серьёзно издеваться над тем, к чему уважительно относятся за западными границами, – большими деньгами. То, что любовь – игра, а деньги – фантом, Шкрабак особенно остроумно демонстрирует, когда из корзины цветов в человеческий рост, подаренной одним из поклонников Лидочки, устраивает трибуну для убеждения дочери выйти замуж за деньги.
Залихватский шлягерный розыгрыш Т. Шкрабак в последнем акте неожиданно прерван. Скорбно-ироническое бесчувствие обернулось лирическими, почти чеховскими интонациями. Мать прозрела – театр «вышел на улицу», и Шкрабак, похоронив все гротескные черты, будто увидела, что бешеные деньги никогда не делают дочерей счастливыми. Последняя сцена перевоплощения Чебоксаровой-старшей – от фарса к лирической точке – ещё раз доказывает, что у женщины нет выбора: она обязана быть женщиной; пародия на чувства, игра в чувства губительны и безумны. За роль г-жи Чебоксаровой Татьяна Шкрабак на фестивале «Русская комедия» в 1999 году получила премию имени Ф. Раневской.
У бога Януса были два лица. Световиду понадобилось четыре. А в древних восточных мифологиях были божества с ещё большим количеством лиц. Т. Шкрабак, сценическое божество, иногда позволяет себе снять все маски и появиться перед зрителями без грима – на малой сцене в «частности человеческого существования». В спектаклях «Вниз с горы Морган» Миллера и в «Идеальной паре» Ветрова она ищет соприкосновения с чувствами каждого зрителя.
В «Идеальной паре» нет стремления к эксперименту и новаторству, каковыми отмечены вышеназванные «Федра» и «Бешеные деньги». Здесь отдаётся предпочтение проверенной русской психологической школе. Она и Он перебирают в течение часа в своей квартире старые фотографии. В самом конце спектакля мы узнаём: они мертвы (только что погибли) и находятся в некоем метафорическом пространстве, где желали бы стать идеальной парой. История банальна сама по себе, но оправдана сложными нюансами взаимоотношений, которые плетут над снимками «кружевница чувств» Т. Шкрабак и её партнёр (он же муж) С. Власов. Оказывается, прошлое и есть тайна, пролегшая между ними, а язык тайн – не самый точный язык. В итоге идеальность остаётся невостребованной.

12.12.2014

Добавить страницу в мои закладки:

Смотрите также:

Какими должны быть отношения между Россией и Украиной?

Загрузка ... Загрузка ...

Архив опросов

Отзывов на сайте: 4059
Вчера: 0. Сегодня: 0